Я живу на последнем, чердачном этаже в престижном и богатом доме. Наш дом невысок, всего в 7 этажей и это добавляет ему некоторую дополнительную прелесть. В данный момент я стою на своем балконе и смотрю на чудо-вертолет - новое слово в покорении воздушных пространств, который летает по нашему двору как раз на уровне моего лица.
Вертолет этот чудесен тем, что на нем сконструирована внешняя площадка, по которой могут прогуливаться пассажиры, и (цитирую рекламный проспект) потягивать коктейли. Какие-то хитроумные приспособления сводят на нет колебания воздуха, производимые бешено вращающимся винтом, и сама площадка, огороженная заборчиком, представляет собой (по словам того же проспекта) просто-таки эталон безопасности.
Сейчас на этой площадке никто не потягивает коктейли, но на ней несколько девушек одетых весьма легкомысленно, томно прохаживаются, демонстрируя жильцам нашего дома начала своих прелестей. Называется это экспресс-секс услуга. Ты стоишь себе на балконе, куришь или там любуешься закатом, а тебе ненавязчиво показывают молоденьких красоток, которые через пару мгновений могут оказаться в твоих объятьях. Очень удобно.
Видимо именно к этому выводу приходит мой сосед справа, который делает знак пилоту, что готов сделать заказ. Вертолет приближается к его балкону, одна из девушек открывает дверцу в ограждении и ловко перепрыгивает на соседский балкон. За ней следует вторая, которая отчего-то медлит и немного неловко совершает маневр площадка-балкон, из-за чего срывается и повисает на стенке балкона, держась за него двумя руками и ногой.
Мой сосед задумчиво поглаживает тоненькую ножку в темном чулочке, а ее обладательница вдруг отпускает руки и исчезает в глубине. Холодный комок ужаса бьется в моем горле. В последнюю секунду, я успеваю разглядеть ее лицо и, с удивлением, отмечаю про себя, что знаю про нее то, что ей всего-то, собственно, лет 17-18 и то, что она живет в нашем же доме со своей дородной мамашей. Которая в данный момент как раз смотрит в окно и видит как ее уже разбившаяся дочь, тихонько подвывая, ползет по раскрасневшемуся под ней асфальту.
Мать тут же выскакивает на улицу, не через окно (понятное дело), и с воем свирепо рвет на себе на глазах седеющие волосы. Дочь медленно умирает, а мать грозится нелепо вертящемуся в небе вертолету, и соседу, который стоит на балконе и делает безучастное лицо, что она их достанет и сотрет в порошок. Что деньги, которые они будут ей выплачивать в качестве моральной компенсации за погибшее чадо, разорят их и заставят пойти по миру.
Так кричит мать, а в это время подъезжает подоспевшая милиция; вертолет, шурша лопастями, скрывается за горизонтом; сосед отходит вглубь своей квартиры и становится невидим; а я заканчиваю этот рассказ вопросом.
И кто же, по-вашему, больше всего пострадал в этой ситуации? Девушка, чье изломленное тело застыло в вонючих от ссак кустах, в которые она почему-то так стремилась в последние минуты своей жизни. Или мать, которая теперь лишилась стабильного заработка и некоторой части своих волос. Или может сосед, который хотел всего лишь весело провести время, а сейчас терзается, страшась суда. Или может быть, тот вертолетчик, лица которого мы не видели и так никогда и не узнаем о нем совсем-совсем ничего.
